onaturmorte.ru

Блог о натюрмортах

Окт

24

Натюрморты с битой дичью.

admin

Ян Баптист Веникс. Натюрморт с битой дичью, 55  x 71 cм

Ян Баптист Веникс. Натюрморт с битой дичью, 55 x 71 cм

Ян Баптист Веникс, натюрморт с лебедем

Ян Баптист Веникс, натюрморт с лебедем.

В контексте размышлений о развитии европейского still life в XVII веке, обращение к теме охотничьих натюрмортов, где мертвая натура представлена в плотских подробностях, - неизбежно. Мне не хотелось затрагивать тему мертвых животных в картинах: не ясно о чем и как писать. Мое недоразумение и вопросы относительно этого вида живописи росли, пока я не прочитала статью Натали Уолок (Nathaniel Wolloch “Dead Animals and the Beast-Machine: seventeenth-century Netherlandish paintings of dead animals, as anti-Cartesian statements”), где автор излагает вполне убедительные причины возникновения и популярности этого вида натюрмортов в голландском и фламандском искусстве XVII века.

Именно в XVII веке распространилась картезианская теория `beast-machine’, повествующая о том,  что у животных нет души и они созданы лишь для само-воспроизведения и обеспечения потребностей человека. Можно предположить, что в связи с этой анти-животной программой (которую так же активно поддержали некоторые последователи Декарта) и возникли натюрморты, столь безжалостно и цинично изображающие смерть наших братьев меньших. Анти-животную теорию поддерживал факт невероятной популярности охоты в XVII веке, дополняя антропоцентрическое, эгоистическое мировоззрение человека Нового времени. Но вместе с тем, многие охотники оставили воспоминания, из которых ясно следует, что они любили природу и зверей, воспринимая убийство, как неизбежность для жизни животного (если его убьет не охотник, то хищник). Возникает предположение, что теория `beast-machine’ хоть и была распространена, но была далеко не единственной. Здесь, в качестве альтернативных воззрений можно вспомнить “Опыты” Мишеля Монтеня, или размышления Овидия (”Метаморфозы”) на тему вегетарианства Пифагора :

“Он первым считал преступленьем
Пищу животную. Так, уста он ученые первый
Для убеждений таких разверз, - хоть им и не вняли:
“Полноте, люди, сквернить несказанными яствами тело!
Есть на свете и хлеб, и плоды, под которыми гнутся
Ветви древесные; есть и на лозах налитые гроздья;
Сладкие травы у вас, другие, что могут смягчиться
И понежнеть на огне, - у нас ведь никто не отымет”.

В Европе XVII века имя Пифагора прочно ассоциировалось с вегетарианством, так же мореплаватели и путешественники начали привозить удивительные истории о людях, которые живут на востоке и не едят мясо, потому что верят в переселение душ! Эти идеи неизбежно оказывали влияние на художественную среду того времени. И говорить о том, что натюрморты с битой дичью показывают нам восхваление безнравственной победы над природой, проявление безжалостной анти-животной концепции, значит не понимать тонкости и глубины мировоззрения человека той поры.

Изначально иконография трофейных still life берет свое начало от кухонных сцен, как например, в картинах Питера Артсена (Pieter Aertsen) и Иоахима Бейкелара (Joachim Beuckelaer). Но не все так однозначно: в первом примере на фоне разделанных туш и колбас мы едва замечаем сюжет “Бегство в Египет”, а второй пример отражает натурфилософскую концепцию мира о четырех элементах, которая была распространена в XVI веке. Прообразы натюрмортов с битой дичью содержали второй план смысла.

Питер Артсен. В лавке мясника. 1551 г.

Питер Артсен. В лавке мясника. 1551 г.

Иоахим Бейкелар. Четыре элемента. Вода. 1569 г.

Иоахим Бейкелар. Четыре элемента. Вода. 1569 г.

В натюрмортах XVII века можно говорить о сохранении символики `vanitas` (суета земной жизни), `voluptas carnis’ (бренность плоти) и т.д. Но все-таки, эмблематический подтекст в этой живописи выражен не всегда. На мой взгляд, здесь проявлен психологический аспект. Не кажется ли вам, что в голландской живописи XVII века (с их уютно-бытовыми образами бюргерского дома) неохотно говорили о смерти? Старость - да, присутствует, благополучная и счастливая. Критика маргинальных явлений социума (пьянство, бедность, разврат) - вполне умеренная и порой даже веселая (вспомним Яна Стена). Если в XV веке образы ада, выраженные в алтарной картине, уравновешивали идею жизни-смерти-воскрешения (будь то в христианстве или в уже упоминавшейся натурфилософии), то изображение мертвого животного в натюрмортах XVII века - это потребность говорить о смерти без моральных обязательств.

Получается, что такой вид натюрморта был удобен, понятен и востребован: их заказывали разбогатевшие бюргеры, стремившиеся украсить свой дом и приблизиться к традициям досуга аристократии - охоте. В этом натюрморте может проявить свои таланты художник: изобразить разные фактуры, объем, ракурсы, и в этом были особенно искусны голландские мастера trompe l’oeil - обманок, играющих со зрителем в оптические иллюзии.

Ян Баптист Веникс. Мертвые куропатки. 1657/60

Ян Баптист Веникс. Мертвые куропатки. 1657/60

Кроме всего прочего, нужно помнить о небывалом интересе к науке в XVII веке: физике, географии, оптике, и собственно анатомии, которую художники изучали так же подробно как и хирурги. Натюрморты с битой дичью продолжали тему “Урока анатомии доктора Тульпа” Рембрандта, только опять-таки в облегченной версии - с животными.

Рембрандт. Урок анатомии доктора Тульпа. 1632 г.

Рембрандт. Урок анатомии доктора Тульпа. 1632 г.

Джон Бергер, английский искусствовед, писатель, художник, в своем эссе `Why Lookat Animals?’, in About Looking, New York,1980 говорит о том, “что государственные зоопарки, игрушки-животные, и вообще идея широкого коммерческого распространения образа животных начинает процветать там, где животные выведены из повседневной жизни” (стр. 26). Этот процесс мы можем наблюдать повсеместно в нашей жизни, ведь нас окружают забавные, смешные или страшные, монстрообразные животные: в одежде, мультфильмах, украшениях, открытках, посуде и т.д. Возможно, что маргинализация животных, отрыв от природы, формирование устойчивого социума и новых просвещенно-научных взглядов - все это в XVII веке привело к появлению именно таких изобразительных реакций, как натюрморты с битой дичью, с охотничьими трофеями, с мертвыми, распотрошенными тушками, которые так раздражают современного зрителя. Вполне объяснимая реакция: кто же из нас хочет думать о смерти, аде, оторванности от природы или убийствах?..



Оставить комментарий

Включите изображения, чтобы увидеть вопрос *