Драгоценные пачули

“Было отмечено, что драгоценные изделия из материи и дерева из Индии обладают запахом, получившим название «пачули» от местного названия древесного растения, высушенные листья которого обладали характерным ароматом. Этот запах традиционно связывают с так называемым «восточным» направлением аромата. Среди растений существует несколько видов, обладающих запахом пачули. Эти растения произрастают в Индонезии и Малайи. Среди них важное значение имеет Pogostemon cablin Benth. (syn. Pogostemon patchouli Pellet. var. suavis Hook.). На острове Ява произрастает Pogostemon heyneanus Benth., называемое Яванское пачули. Основные районы выращивания растений пачули Суматра, Малайя, Сейшельские острова, Носси-Бе, побережье Китая, особенно район Хайнань. Меньшее значение имеют районы Японии, Бразилии, о. Маврикий и Танганьика. Масло пачулей – темно-оранжевая или коричневатая вязкая жидкость, обладает чрезвычайно богатым, приятным травяным, ароматическим пряным и древесным бальзамическим ароматом. Масло пачулей останется заметным на промокательной бумаге в течение недель или месяцев, и сладость почти вызывает отвращение в высокой концентрации. Смолистая нота не должна быть заметна в течение первых часов изучения масла на промокательной бумаге, сухой кедровый тон может появляться в оттенке, но должен быстро исчезнуть и уступать сильной сладости. Древесно-землистый запах не должен искажаться плесневыми оттенками” –
Материалы изложены из книги Виноградова Б. “Ароматерапия. Учебный курс”.

Пачули – странный аромат. С одной стороны, он притягателен и очень нравится, с другой – он довольно быстро надоедает. В аромолампе он у меня звучит редко, лишь в особые минуты напряженного настроения, раздумий и поиска решений. Он даёт мужскую энергию к действию и защите. Чаще всего я использую пачули в сочетаниях с нероли, петитгрейном, гвоздикой, розовым деревом – так они становятся нежнее и интереснее. По поводу пачули Гюсманс писал: “не знавший себе равных по едкости затхлого и ржавого запаха в необработанном виде“. Но вкусы меняются…

В наполеоновскую эпоху аромат пачули был невероятно популярен. Все потому что по моде тех лет дамы носили тонкие туники и, чтобы не замерзнуть, накидывали на плечи индийские кашемировые шали. На Востоке эти шали прокладывали сухими листьями пачули (кстати, да, прекрасно бережёт вещи от моли). Мода на Восток принесла свои порядки не только в одежду, изобразительное искусство и музыку, но и в мир запахов. Прочтение запаха во многом зависит от культурного контекста. А в наше время этого самого культурно-стилевого-объединяющего маловато, почти нет… Так что можно выбирать пачули, и никто не смеет сегодня сказать, что это моветон. Попробуйте, думаю, в нем можно найти что-то для себя. Это серьёзный, многогранный аромат.

Предрождественский натюрморт

Очень люблю свежие, сочные пейзажные образы, созданные Станиславом Юлиановичем Жуковским. Его воздух будто наполнен влагой после дождя, его мятые листья клёна-пятна, без определённых ботанических подробностей, но они ощущаются ладошками, ухо слышит их хруст, а нос чувствует пряный запах.
Но в этом натюрморте меня поразило другое. Не знаю, насколько сознательно художник вышел на такую композицию, может, это было случайным наблюдением. Листая открытки с картинами Жуковского, я отпрянула в лёгкой оторопи, когда встретилась с этой работой. Она страшная. Жутковатая. И манящая – всё вместе.
Покосившаяся ёлка, оставленный стул, заместитель человека, но живого тут ничего нет, и одновременно, как всё живо! Игра теней, блики огоньков за окном, полумрак, ангелы, животные из ковчега… и главное, самое живое и жуткое здесь – маски.
Меня всегда немного напрягала эта предпраздничная суета, начинающаяся ещё за полтора месяца до праздников. Сначала я думала, что это исключительно маркетинговый ход: ёлки, гирлянды, мандарины, свечи, блеск, блеск, блеск! А потом я заглянула глубже, за пределы социально-экономических традиций нашего общества. Ноябрь и декабрь – время тёмное, странное, окутанное дождём, туманами, иногда снегом, но самое главное, это время, когда солнце всё ещё продолжает умирать. Несмотря на нашу оторванность от природы, я уверена, что эта инерция движения “с горки” нами ощущается очень мощно. Урожай собран, охота закончилась, время от Самайна до Йоля – самое тёмное, а вот и наша поговорка “новый год – к весне поворот”. Приближающиеся праздники, ожидание, подготовка – будто витамины радости, спасают нас от уныния и болезней, от призраков прошлого и глубоких теней коллективного или личного бессознательного. Закрыть блеском и цветом, подсветить там, где очень страшно, но оттого ведь и тени глубже и маски иногда страшнее!
Эти маски в натюрморте Жуковского, призванные стать карнавальной шалостью, будто приоткрывают истинную суть этого времени. Веселиться, потому что очень страшно. Призвать всех волхвов, подготовить лучшие дары, созвать животных, которые своим тёплым дыханием согреют в холоде ночи народившегося младенца. Румянцем и гримом, свечами и гирляндами будто “замазать” свой страх не дождаться рождения нового молодого солнца…
Но мы дождёмся. Осталось ведь совсем немного. А теперь самое время – украшать древо жизни!

Выставка петербургского художника Василия Братанюка в Доме Учёных

Друзья, завтра открывается выставка, посвящённая барону Э.А. фон Фальц-Фейну. Я принимала участие в подготовке этого мероприятия и собираюсь там непременно быть. Портреты, пейзажи, балерины – будут обязательно! В 5 часов в Доме учёных. Вход свободный.


UPD: фрагменты открытия!

слово искусствоведа, фото Ирины Лебедевой

Пейзажи Н.В. Мещерина

Николай Васильевич Мещерин (1864 – 1916) – русский художник, работавший в жанре импрессионистического пейзажа.

Вопрос о том, был ли импрессионизм в русской живописи до сих пор остается открытым. Грабарь, Коровин, Малявин, Серов – вот имена художников, которые в той или иной мере восприняли это импрессионистическое обновление, пришедшее из Европы. В их живописи было и минутное впечатление, и эксперименты с цветовой палитрой, фактурой, и наслаждение цветом. Но какие бы «эпитеты» и «заимствования» не обновляли живописный язык вышеперечисленных художников, в их композициях всё же господствует «синтаксис» академической школы. В этом смысле Н.В. Мещерин оказался художником особенным. Природа щедро одарила его талантом, но профессионального художественного образования он не получил, ограничившись частными уроками, в том числе у Грабаря. Кроме творчества и коллекционирования Николай Васильевич продолжал купеческое дело своего отца, виртуозно совмещая практицизм делового человека и тонкое мироощущение поэта.

В своем художественном методе Мещерин свободен от жестких рамок академического обучения: живописные познания и умения формируются на основе его собственных желаний. Эксперименты с импрессионистическим методом и пуантилизмом были избраны Мещериным для решения ряда художественных задач: для передачи влажности воздуха, тумана, легкой мги, для воспроизведения мягкого, матового света, растворенного в атмосфере. Но живопись Николая Васильевича повествует не только и не столько о впечатлении от природы или об особенностях ее состояния – как того «требовал» импрессионизм в его исконно французском понимании. Картины Мещерина наполнены поэтическим восприятием русской природы, когда изображение географически конкретного пейзажа приобретает характер обобщенного образа родины. И в этом смысле его живопись близка к пейзажам М.В. Нестерова, И.И. Левитана, А.М. Корина.

Эту особенную искренность пейзажей Мещерина подмечали и его коллеги. Так, И.Э.Грабарь в письме к А.Н.Бенуа: «Мещерин очень талантливый… очень тонкий… поэт»[1].

Литература:

  1. Грабарь И.Э. Письма 1891-1917. М., 1974.
  2. Гуськов Г. «Очарование артистической озаренности». О художнике Николае Васильевиче Мещерине // Московский журнал №1, 2000
  3. Н.В. Мещерин. 1864 – 1916. // Живопись. Сборник материалов и каталог выставки произведений. / Сост. и вступит. ст. Н. А. Гагмана. – М., 1987.
  4. https://www.tg-m.ru/articles/2-2007-15/chem-dalshe-tem-vse-slozhnee

Стили в архитектуре разных стран и их отражение в облике Санкт-Петербурга

Эта лекция была прочитана в Удельнинской библиотеке (СПб) 20 ноября 2019 года в рамках фотовыставки Николая Кулакова “Мой Петербург”.

Отголоски первобытного искусства, образы Древнего Египта, античный ордер, турецко-мавританские мотивы и, конечно, влияние Италии – обо всём этом мы поговорили на этой лекции. Знакомые вроде бы улицы, парки, скверы и фасады домов обретают новые смыслы. Несмотря на недостаток солнца, наш город необыкновенный, – он щедро делится своими “заметками” из путешествий по разным странам и эпохам.
Приятного просмотра!