Виллем Кальф. Натюрморт с наутилусом и китайской чашей.

Виллем Кальф. Натюрморт с наутилусом и китайской чашей.
Виллем Кальф. Натюрморт с наутилусом и китайской чашей.

Любители ли Вы красивые вещи? Какие-нибудь штучки, безделушки, аромолампы, посуду, сувениры… Вообще-то, этим увлечением чаще «грешат» женщины. Соберутся на девичник и давай рассказывать, что видели интересного и оригинального. Или еще можно совершить захватывающий и опустошительный  поход по магазинам. Или что-то продемонстрировать – как одна моя приятельница, которая организовала мастерскую по изготовлению сувениров. Так вот, периодически она зовет меня в гости и показывает новую коллекцию открыток, текстильных сумок и керамики. Обычно я эту красоту фотографирую на память. А 3 века назад художники, видя красивые вещи, создавали натюрморты. Вот вам новая версия возникновения жанра still life.
Любование красивыми вещами, уважение к создателю этих вещей – человеку и к творцу исходного материала – природе сквозит в прекрасных натюрмортах голландцев XVII века. Да, голландцы любили и понимали толк в добротном интерьере, в комфортной сервировке стола, где все необходимое под рукой, в удобной посуде — в том материальном мире, который окружает человека.
Были у трудолюбивых и любознательных голландцев еще такие специфические увлечения, — это так называемые «тюльпаномания» и «раковиномания», а также коллекционирование всевозможных диковин, привозимых из экзотических стран. Ракушки самой причудливой и разнообразной формы можно встретить во многих голландских натюрмортах. Необычная форма раковин вдохновляла ювелиров на создание необычной посуды. Например, кубок-наутилус на этой картине Виллема Кальфа. Это ракушка от моллюска превратилась в произведение ювелирного искусства. Была природной, стала рукотворной.
А вот причудливая вазочка в китайском стиле – восточная редкость. Считают, что она была создана в 1640-1660 годах специально для продажи на европейский рынок, но в Голландии знали только несколько экземпляров подобных вещиц. Снаружи она украшена восемью рельефными фигурками, олицетворяющими восьмерых бессмертных в даосизме, шишка на крышечке – это очертания буддийского льва .
Этот натюрморт дополнен традиционным для Кальфа персидским ковром и лимоном с тонкой спиралью кожуры. Пирамида предметов тонет в дымке полумрака, иногда лишь легкие блики обозначают форму вещей. Природа создала ракушку, ремесленник ее превратил в кубок, художник нарисовал натюрморт, а мы всей этой красотой наслаждаемся. Ведь суметь увидеть красоту – тоже талант.

Эваристо Баскенис. Натюрморт с музыкальными инструментами.

Эваристо Баскенис, натюрморт с музыкальными инструментами, 1650
Эваристо Баскенис, натюрморт с музыкальными инструментами, 1650

Эваристо Баскениситальянский художник, работавший в XVII веке в городе Бергамо. Он прославился своими натюрмортами, изображающими музыкальные инструменты. С удивительной фотографической точностью художник запечатлел на своих холстах скрипки, лютни, виолы, теорбы — инструменты малознакомые для человека XXI века. Интересно, был ли Баскенис музыкантом? Откуда у художника возникла такая любовь к музыкальным инструментам? О жизни Баскениса нам мало что известно, и потому эти вопросы останутся без ответов.
Интересно… Для чего на смычок от скрипки привязана розовая лента, такая же, как и на лютне? Играть на скрипке с бантом на смычке не совсем удобно. А у виолы оборваны струны и связаны в узел рядом с колками. Лютня, лежащая на заднем плане, тоже не в рабочем состоянии, приглядитесь к ее деке — струны не натянуты, а топорщатся дыбом. На этих инструментах нельзя играть. Художник, видимо, сознательно показывает их функциональную неполноценность. Да, они красивы, но только лишь как объекты для глаз. Художник показывает свое мастерство при передаче формы, цвета, ракурса, точности деталей. Эти музыкальные инструменты интересны ему как предметы для still life, это торжество зрения — одного из 5 чувств. Это торжество живописи. Это также торжество самого Баскениса, искусного художника своего времени. Но в этом натюрморте нет музыки. И нет человека. Ведь зачем человеку музыкальный инструмент? Чтобы играть. А если у инструмента оборваны струны, что с ним делать?

Неожиданный получился натюрморт. С музыкальными инструментами и без музыки…
Но так не справедливо. Все-таки инструменты должны звучать. Предлагаю раскрасить эту картину не только масляными, но и звучащими красками. Послушайте ричеркар для 6-хорной лютни итальянского композитора начала 16 века Франческо Спиначино.

Питер ван Стенвейк. Натюрморт «Эмблема смерти»

Как видите, это один и тот же натюрморт, только отраженный слева направо. Прежде чем Вы приступите к чтению моей статьи, попробуйте отгадать самостоятельно, где же оригинал? Это совсем просто, присмотритесь: в картине есть подсказка.

В вопросе восприятия картины существуют как объективные, так и субъективные моменты. Каждый зритель обладает своим восприятием, основанным на богатом или бедном зрительском опыте, на характере образования, интересах, на индивидуальных психологических особенностях. Однако есть одна особенность восприятия зрительного образа, объединяющее всех европейцев — это осознание информации слева направо. Безусловно, здесь отразились европейская традиция чтения и написания текста. Этот важный момент восприятия композиции отметил Б.Р. Виппер: «Нет никакого сомнения, что по воле художника мы воспринимаем одну сторону картины чуть раньше, чем другую, рассматривая ее как начало, другую же как завершение. «…» иными словами, всякая картина развертывается для нас не только в пространстве, но и во времени». И действительно, сравнивая подлинные картины и зеркально отраженные, можно увидеть огромную разницу, несоответствия и даже курьезы. Например, в натюрморте типа vanitas Питера ван Стенвейка (1540-е годы) изображены символы бренности бытия: череп, пустой саквояж, как аллегория последнего путешествия в мир иной, потухшая свеча, а также в сравнении показана тщета земных радостей: лютня, трубка, табак, кувшин, книги. По сути своей картина повествует о неизбежной смерти, в доказательство этому можно привести падающий луч света, пересекающий картину по диагонали слева направо, а также распределение предметов по типу «с горки — вниз», ведь стол кончается, а дальше пустота. Но говорить о пессимистическом «конце света», который когда-нибудь состоится для каждого человека, можно только в том случае, если «читаешь» картину слева направо. Когда мы смотрим на зеркально отраженный вариант, то напротив, возникнет — четкое ощущение радости, райского света, льющегося из будущего, освещающего сумерки земной жизни. В такой интерпретации пропадает осуждение земных наслаждений: распакованный саквояж, вино, лютня, книги — здесь, наоборот, могут говорить о грядущих радостях. Картина полностью изменила свое настроение, зеркально отразился не только ее сюжет, но и смысловое значение.

Эта тема зеркально отраженных картин имеет не только теоретически-искусствоведческое значение, но и практическое. В книгах, интернет-сайтах мне приходилось часто встречаться с искаженными картинами. Сами понимаете, что теряется доверие к авторам подобных изданий, хотя, часто это и не их вина. Но бывает и наоборот: в оформлении обложки книги «Малые голландцы» из серии «Художественные направления и стили» (М.. 2004 год) частично использован натюрморт с рогом Виллема Кальфа, причем, именно отраженный вариант. И надо сказать, что там он смотрится вполне органично, не вызывая раздражения, как часть дизайна. Конечно, на компьютере можно сделать с картинкой все, что угодно — обрезать, отразить, изменить цвет, но мне бы хотелось еще раз напомнить, что автор задумывал определенный вариант. И, следовательно, композиция картины имеет право на сушествование только в авторском варианте. Если что-то меняется, нужно об этом оповещать зрителя. Ну, как-то бережнее нужно обращаться с наследием предков!

P.S. А для внимательных зрителей — личная подпись г-на Стенвейка, притаившаяся под столом, является еще одним, пожалуй, самым заметным и очевидным доказательством.

Виллем Кальф. Натюрморт с рогом

Виллем Кальф. Натюрморт с рогом, раком и стаканами, около 1653 г.
Виллем Кальф. Натюрморт с рогом, раком и стаканами, около 1653 г.

Вещи — это целый мир, отражающий жизнь человека. Этот мир изменяется вместе с человеком. Вещи рождаются, развиваются и умирают, имеют свою историю, приключения, и даже судьбу. Об истории вещей нам часто рассказывает живопись.  Натюрморты Виллема Кальфа относят к типу роскошных, «opulent still life painting«. И действительно, художник изображал не столько вещи повседневного обихода, сколько предметы уникальные, обладающие интересной историей создания, художественной ценностью.
Например, кубок-рог на представленной сегодня картине Кальфа был создан в 1565 году для гильдии амстердамских лучников. Когда художник работал над этим натюрмортом (примерно, в 1653 году), рог все еще использовался во время собраний гильдии. Этот чудесный сосуд сделан из рога буйвола, крепление — из серебра, если приглядеться внимательно, то можно увидеть в оформлении рога миниатюрные фигуры людей — это сцена рассказывает нам о страданиях св. Себастьяна, покровителя лучников. Видимо, Кальф (да и не только он, а и другие художники) брал этот рог у лучников в аренду, для того, чтобы написать свой шедевр. Неизвестно, сохранился ли кубок, но его изображение в натюрморте до сих пор живо и поражает нас своей красотой.
А вот еще интересная вещь — ковер на столе. Не правда ли, странно? Но это очень дорогой персидский ковер, тонкой ручной работы. Мало кто в Голландии мог позволить себе такой предмет роскоши. В натюрмортах Кальфа ковер всегда убран с обеденного стола и живописно смят. Вот интересно, пачкать дорогую вещь нельзя, а мять — можно…
На этом же натюрморте мы видим рёмер, известный с 1580 года, бокал с шишечками-ягодами на теле. Он начал производиться в рейнско-майнском регионе, позже стал популярен и в Голландии. Традиция добавлять в рейнское вино очищенный лимон пошла от того, что голландцы считали этот сорт вина слишком сладким. Добавлять в вино лимон — варварская традиция! Но вкусы и пристрастия человека меняются со временем в течение жизни, что уж говорить о вкусах человечества.
Рог, рёмер, персидский ковер — все эти вещи остались только в натюрмортах, да, может, еще в музеях. Вещь теряет свою уникальность и ценность. Но, возможно, оттого, нас, обладателей унифицированных предметов фабричного производства, так волнует вещественный мир роскошных натюрмортов Кальфа…

P.S. Рекомендую посетить вот этот замечательный сайт о Виллеме Кальфе.

Трубки на столе

Виллем Клас Хеда. Натюрморт с трубками и жаровней.
Виллем Клас Хеда. Натюрморт с трубками и жаровней.
Питер Клас. Трубки и жаровня.
Питер Клас. Трубки и жаровня.

Современный мир стремится избавляться от вредной привычки курения. Недавно узнала, что из мультфильма «Том и Джерри» решили удалить все эпизоды, где герои курят. Мир стремится к здоровому образу жизни, а вот голландцы в 17 веке (впрочем, они и сейчас отличаются своеобразным отношением к подобным порокам) очень любили покурить трубочку-другую для релаксации, так сказать.
Впервые привезенный в Европу, португальцами, табак сначала использовался как лекарственное средство, его было мало, и широкого распространения он не имел. Но со временем потребление табака возросло, причем в самых различных слоях общества. Курильщики XVII века смешивали табак с коноплей, и эту наркотическую смесь закладывали в трубки. Выкуривая несколько таких трубочек в день в течение нескольких лет, человек становился инвалидом. Такое пагубное влияние курения скоро вызвало обеспокоенность властей и церкви. Курильщикам угрожали виселицей и отлучением от церкви, но, несмотря на это, «антитабачная» компания не дала каких-нибудь значительных результатов.
Уже в 1617 году в Гауде, а позднее и в Роттердаме, возникли мастерские по изготовлению глиняных курительных трубок, и ведущей из них была мастерская Виллема Барнелтса. Глиняные трубки с маркой этой мастерской, в виде увенчанной короной розы, расходились по всей Европе. Изготавливались в Гауде для широких слоев курильщиков (солдат, крестьян, матросов, студентов) и менее престижные трубки, на производстве которых уже к 1600 году было занято около 500 ремесленников. У заядлых курильщиков ценился не столько внешний вид самой трубки, сколько длина ее мундштука, доходившая иногда до 28 английских дюймов.
Представленные в сегодняшнем выпуске натюрморты Питера Класа и Виллема Класа Хеды отлично иллюстрируют любовь голландцев к курению, тут есть все, чтобы испытать порочное наслаждение: трубки, табакерки, табак, жаровня и лучины (вместо современных спичек и зажигалок).
Слов из песни не выкинешь, «трубки на столе» в голландских натюрмортах и жанровых сценах — частые гости. Надеюсь, что эти картины современные жители земли не запретят в борьбе за здоровый образ жизни …

P.S. Для написания статьи использовались сведения из книги Pieter Claesz 1596/97-1660. Waanders Uitgevers; 2nd edition.