Натюрморт из Каталонии. Часть 2.

Натюрморт из Каталонии. Часть 2.

Мы уже публиковали натюрморт Юрия Белоуса — нашего постоянного читателя, увлеченного художника — под названием «Натюрморт из Каталонии». И недавно получили от Юрия еще одно письмо с фотографией новой картины и письмом: «…я взялся за второй натюрморт. Написал его, хотел послать вам. Но, мне всё время в нём что-то не нравилось. Я кое-что подправлял, одно место переписал. Считаю, что сегодня-таки окончательно закончил. Хотя картину можно писать бесконечно. Второму натюрморту я дал имя «Красный натюрморт«.
К сожалению Интернет не так уж и хорошо передаёт качество работ. В жизни они лучше. Чувствую по себе, что небольшой прогресс у меня в творчестве всё-таки есть, хотя конечно не хватает ещё многих знаний, навыков и технологических приёмов в живописи. Но, я упорный. Хоть вечно на всё не хватает времени, живопись оставлять не хочу. Мне она очень нравится. Буду учиться, совершенствоваться, читать литературу. Ну, и , конечно главное — практика. Хотелось бы услышать Ваше мнение о втором натюрморте, каким бы оно ни было».

На наш взгляд Юрий действительно очень вырос в творчестве, расширил свои профессиональные навыки живописца, композиция стала уверенне, колорит разнообразнее. Единственный совет — изображать поменьше деталей — композиция будет целостнее и восприятие зрителя не будет отвлекаться на многочисленные подробности. Желаем удачи и ждем новых натюрмортов!

Юрий Белоус. Красный натюрморт.

Юрий Белоус. Красный натюрморт.

Винсент Ван Гог. Ваза с двенадцатью подсолнухами.

Винсент ван Гог. Подсолнухи.

Винсент ван Гог. Ваза с двенадцатью подсолнухами. Арль, январь, 1889

Осенние солнечные деньки — самые сладкие, самые яркие, самые теплые. Потому что приходит время попрощаться с летом, и хотя мы знаем, что оно, следуя незыблемому закону природы, обязательно вернется, нам все равно жаль с ним расставаться. Недавно я с удовольствием лузгала семечки не из магазинного пакетика, а из подсолнуха. Для городского жителя — это сущее наслаждение! Эти маленькие солнышки, впитывающие энергию большого светила, словно аккумуляторы света, они дают нам то, что сложнее всего найти и невозможно купить — радость жизни. И я решила поделиться своим подсолнечным настроением с вами, дорогие читатели, опубликовав на страницах нашего блога, знаменитый натюрморт Ван Гога. Написанная в желтовато-коричневой гамме, эта картина великолепно передает осенний колорит. Солнце светит все меньше, зато красота осенней листвы изобилуют в разнообразии от янтарных и лимонных оттенков до алых и бархатно-бордовых.

Нашему сайту этой осенью исполняется 1 год. За это время нас посетили более 25000 человек. Это очень приятное чувство — осознавать свою нужность, найдя в огромном интернет-пространстве любителей натюрморта, людей, поддерживающих лозунг: «Натюрморт — это прекрасно!«.

Спасибо вам!

Лариса Косякова. Натюрморты.

Мы получили вот такое письмо: «Уважаемые Ольга и Влад, у меня много натюрмортов, рискну послать вам один, при том, что почувствовала, что любите вы несколько иное отношение к изображению «тихой жизни». А-а, была не была! Шлю также ссылку на свой сайт. Лариса Косякова».

Лариса Косякова. Против света.

Лариса Косякова. Против света.

Живопись Ларисы привлекает яркими красками, колорит ее картин будто пропитан светом. Художница экспериментирует с цветом, грациозно решая сложные колористические задачи. Сюжеты ее картин — это личные впечатления, по-детски наивные и радостные, как в картинах «Корабль у синих гор» или «Бухта Инал». В натюрмортах Ларисы можно встретить современные предметы быта, хотя бы вот — пластиковые бутылки. Интересна игра формы и прозрачности, тени и света — когда предметы живут в своей среде обитания, и создается не просто портрет вещей, а симфония взаимоотношений в предметном мире. Натюрморты Ларисы — это особая поэтика неживого мира предметов, оживающего на холсте мастера.

Спасибо Ларисе Косяковой за внимание к нашему сайту и, конечно, за прекрасные работы, которые порадуют наших читателей!

Фарфоровый натюрморт из Царского села.

фарфоровый натюрморт

фарфоровый натюрморт, середина XIX - начало XX вв.

Сейчас много говорят о том, что в наше время ценность вещи потерялась. Одноразовая посуда, товарная упаковка, цветные пакетики, мешочки, пластиковые бутылочки и коробочки… Наследственные предметы так же редки, да и зачем оставлять что-то в наследство — лучше пусть наши дети купят себе все новое. Такое положение вещей (тут уж невольно скаламбурила) было не всегда, и попадая в музеи, или, что реже — в какие-нибудь старинные квартиры, мы видим и ощущаем присутствие красивых, добротно сделанных вещей, которые при надлежащем уходе буду служить не одному поколению. Сложно представить у себя на кухонном столе такой вот набор масленки, лотка, вазочки и спичечницы. В наших домах в основном мало места, у нас самих мало времени, а еще все эти предметы хоть и красивы, но совершенно не практичны, не эргономичны, так сказать — у них нет ручек, за них сложно ухватиться рукой, они не очень устойчивы на плоскости.

Подобные натюрморты, выполненные в фарфоре, хоть и сложно назвать шедеврами — в сущности, они просто повторяют форму овощей, созданную природой, но в сочетании с практической нагрузкой, они превращаются в оригинальную посуду. А если найдется художник, который решит изобразить сей набор на столе — то получится уже какой-то совершенно невообразимый жанр в квадрате. Натюрморт в натюрморте.

Насладиться этим и другими не менее красивыми натюрмортами вы сможете в павильоне «Грот» в Екатерининском парке, в г. Пушкине. Выставка «Царскосельские цветы — символ праздника» продлится до 30 сентября 2008 г. Часы работы: с 10 до 17 час. Выходные дни: понедельник и вторник. Приходите!

Фернандо Ботеро. Натюрморты.

Ф. Ботеро. Пара.

Ф. Ботеро. Пара.

Как вам эта пара добропорядочных буржуа? Солидные, большие, уверенные, незыблемые в своем изобильном мире. Колумбийский художник Фернандо Ботеро (род. в 1932 году) часто изображал людей внушительных размеров. Он с любовью воссоздал их быт (вспомним сцены в ванной, в спальне), их семейные радости и порочные развлечения. Но в целом, этот разбухший мир благодушен и незлоблив. Собственно, к чему я все это рассказываю? Где натюрморты? Вот они. Конечно, людям надо есть, много есть. И еды в этих натюрмортах предостаточно.

Ф. Ботеро. Сыастливая годовщина.

Ф. Ботеро. Счастливая годовщина.

Это идеальная вывеска для кондитерского магазина. Или театральное действо — когда занавес открыт и представление уже началось: торт отрезан, банан очищен, разрезан лимон и готовы к действию столовые приборы.

Ф. Ботеро. Натюрморт с арбузом.

Ф. Ботеро. Натюрморт с арбузом.

Композиция этого сладкого still life создана по старинным образцам живописи, например, Хуана-Санчес Котана. Дымка мягкого света окутывает предметы, контуры размыты, здесь нет и не может быть конфликта, здесь все сахарно-позитивно и тепло.

Ф. Ботеро. Натюрморт с фруктами.

Ф. Ботеро. Натюрморт с фруктами.

Пухлая рука, возникающая из ниоткуда, которая хочет цапнуть большой фрукт. С другой стороны на нежные плоды покушается нож, такой же черно-белый, как и рука. В приоткрытом ящике стола виднеется моток ниток — и это уже другая история предмета, спрятанного под главным сюжетом. Движение создают воздушные складки драпировки и скатерти, еще мгновение — и нет груши, а плотные апельсины останутся спокойно лежать на своем месте — с грушей или без… им в сущности, все равно. Натюрморты Ботеро — суть жизни его персонажей. Жизнь вещей не особо отличается от жизни его людей — пухлых, больших, лишенных эмоций, безобидных кукол.