Разное

Category Archive Разное

Забытые имена.

На днях я листала журнал «Русское искусство» I/2010 и обратила внимание на две статьи о ныне малоизвестных художниках советского периода: Марии Борисовне Казанской (автор статьи — Татьяна Русакова) и Федоре Федоровиче Платове (автор статьи — Юрий Носов).  Натюрморты, представленные в этих статьях, показались мне интересными и я решила, что они понравятся и вам.

Мария Борисовна Казанская (1912-1942) ученица В. Ермолаевой, крупнейшей художницы позднего ленинградского авангарда. В 1934 году Мария была арестована вместе со своим учителям и сослана в Карагандинский лагерь, откуда вернулась тяжело больной и в 1942 году умерла. Творчество Маруси Казанской — как ее называли в художественных кругах, хотя и насыщено влияниями французской живописи конца XIX века (импрессионизм, сезанизм, фовизм), но остается ярким и самобытным. Представленный здесь натюрморт — это не повседневная жизнь, не жизнь вещей и уж, конечно, не мертвая натура! Это потрясающий сплав света и материи, совершенно нереальный, физически невозможный, но существующий. Выполненный в технике масляной живописи, по ощущению — это прозрачная акварель, размывающая границы предметов, утапливающая их в среде, играющая их материальностью. Редко когда натюрморт способен так точно передать настроение.

М.Б. Казанская. Натюрморт с плодами и бутылкой. 1930-е, х.м., 38,5х47,5. Собрание Р.Д. Бабичева. Москва.

Ф.Ф. Палатов (1895-1967) — ученик Леонида Пастернака и Ильи Машкова, график, живописец, сценограф, скульптор, теоретик искусства, педагог. Обладая различными талантами, он создал собственный художественный язык, позволяющий оценивать его творчество как независимое явление, неподчиняющееся кричаще-яркой эстетике авангардистов первой четверти XX века, и не совпадающее с программными установками АХРРа*. В 20-е годы художник сосредотачивает свое внимание на жанре натюрморта, который позволяет уйти от сюжетности и углубиться в решение пластических задач. Этот натюрморт выполнен акварелью: приглушенно-размытые образы одновременно существующие и исчезающее. Сама техника — водяная краска — подсказывает Платову взаимоотношение среды и предметов, пятен и линий. Обратная перспектива, которую мы здесь наблюдаем, будучи цитатой из эстетики русской иконы, так же прозрачно, как и колорит, едва-едва шепотом предполагает евхаристическую символику этого натюрморта.

Ф.Ф. Платов. Натюрморт со стекляной вазой, 1926, бумага, акв., 66,5Х50. Коллекция Ю.М. Носова, Москва.

*АХРР — Ассоциация художников революционной России (с 1928 — Ассоциация художников революции, АХР), массовое художественное объединение, члены АХРР стремились к созданию понятного народу искусства, правдиво отражающего советскую действительность. Ими были выдвинуты лозунги «художественного документализма» и «героического реализма».

Книга Веры Чайковской «Три века русского искусства».


Эта книга не является новинкой, и она не совсем о натюрморте. Но она настолько интересно написана, что я не могу ее не рекомендовать вам! В творчестве Фалька и Петрова-Водкина часто встречаются натюрморты и интерьеры, так что из контекста нашей темы эта книга не выбивается.

Редко встретишь такое захватывающее повествование, оригинальное и убедительное. Традиционно, излагая историю живописи XX века, критики приводят в пример художников, чье творчество было средоточием славы советской империи. Нельзя отрицать значимость этой темы, но о существовании поисков новой системы художественной выразительности пишут обычно как-то отдельно или в противопоставлении. В таком лаконичном рассказе о трех ярких и совершенно разных живописцев очевидны грани сложной эпохи первой половины XX века. В предисловии автор так обосновывает свой выбор: » Три избранных мною художника представляют, на мой взгляд, три разных типа национального сознания, восходящих к древнейшим архетипическим представлениям о человеческой личности». Пророк, юродивый и варвар — кто есть кто?» Ответ найдете в книге.

P.S. В последнем выпуске журнала «Русское искусство» (2/2010) вышла статья Веры Чайковской об А.Г. Тышлере.

И снова вместе!

Дорогие читатели! Наш блог о натюрморте вновь начинает обновляться. Причина столь долгого, почти полугодичного забвения в том, что я писала дипломную работу к окончанию факультета теории и истории искусств института им. Репина в Санкт-Петербурге. Трудная и казалось бы невыполнимая работа (так кажется всегда в начале пути) завершена, на моем столе красуется красный диплом — признаться, очень приятный натюрморт!

Думаю, что для вас будет интересным и полезным посетить обновленный список литературы, потому что грамотную библиографию собирать всегда сложно — теперь я это знаю по своему опыту. Книги, на которые я ссылаюсь, касаются не только натюрмортной живописи, но и изображения интерьеров, жанровых картин,  а так же проблемы взаимоотношения вещи и человека в культурном аспекте в целом.

Спасибо всем, кто оставался с нами все это время! В моих ближайших планах — написать ряд статей о русском натюрморте рубежа XIX-XX веков,  рассказать о книжных новинках, о натюрмортах Пикассо, представленных на выставке в Государственном Эрмитаже, а также продолжать свою любимую тему — still life в старинной живописи. Надеюcь, вам будет интересно, ведь натюрморт — это прекрасно!

Ян Давидс де Хем. Натюрморт с книгами. 1628, дерево, масло, 36х46 см. Гаага, Морицхейс

Ян Давидс де Хем. Натюрморт с книгами. 1628, дерево, масло, 36х46 см. Гаага, Морицхейс

P.S. Вот такой натюрморт был на моем столе в течение последних шести месяцев. Рабочий беспорядок — он и в XVII веке рабочий беспорядок.

Винсент Ван Гог. Ваза с двенадцатью подсолнухами.

Винсент ван Гог. Подсолнухи.

Винсент ван Гог. Ваза с двенадцатью подсолнухами. Арль, январь, 1889

Осенние солнечные деньки — самые сладкие, самые яркие, самые теплые. Потому что приходит время попрощаться с летом, и хотя мы знаем, что оно, следуя незыблемому закону природы, обязательно вернется, нам все равно жаль с ним расставаться. Недавно я с удовольствием лузгала семечки не из магазинного пакетика, а из подсолнуха. Для городского жителя — это сущее наслаждение! Эти маленькие солнышки, впитывающие энергию большого светила, словно аккумуляторы света, они дают нам то, что сложнее всего найти и невозможно купить — радость жизни. И я решила поделиться своим подсолнечным настроением с вами, дорогие читатели, опубликовав на страницах нашего блога, знаменитый натюрморт Ван Гога. Написанная в желтовато-коричневой гамме, эта картина великолепно передает осенний колорит. Солнце светит все меньше, зато красота осенней листвы изобилуют в разнообразии от янтарных и лимонных оттенков до алых и бархатно-бордовых.

Нашему сайту этой осенью исполняется 1 год. За это время нас посетили более 25000 человек. Это очень приятное чувство — осознавать свою нужность, найдя в огромном интернет-пространстве любителей натюрморта, людей, поддерживающих лозунг: «Натюрморт — это прекрасно!«.

Спасибо вам!

Лариса Косякова. Натюрморты.

Мы получили вот такое письмо: «Уважаемые Ольга и Влад, у меня много натюрмортов, рискну послать вам один, при том, что почувствовала, что любите вы несколько иное отношение к изображению «тихой жизни». А-а, была не была! Шлю также ссылку на свой сайт. Лариса Косякова».

Лариса Косякова. Против света.

Лариса Косякова. Против света.

Живопись Ларисы привлекает яркими красками, колорит ее картин будто пропитан светом. Художница экспериментирует с цветом, грациозно решая сложные колористические задачи. Сюжеты ее картин — это личные впечатления, по-детски наивные и радостные, как в картинах «Корабль у синих гор» или «Бухта Инал». В натюрмортах Ларисы можно встретить современные предметы быта, хотя бы вот — пластиковые бутылки. Интересна игра формы и прозрачности, тени и света — когда предметы живут в своей среде обитания, и создается не просто портрет вещей, а симфония взаимоотношений в предметном мире. Натюрморты Ларисы — это особая поэтика неживого мира предметов, оживающего на холсте мастера.

Спасибо Ларисе Косяковой за внимание к нашему сайту и, конечно, за прекрасные работы, которые порадуют наших читателей!