История изображения предметного мира. Часть I: Древний Египет

Стела жрицы Зед-амон-эфон
Стела жрицы Зед-амон-эфон

Гробница Менны, писца ведомства пашен фараона. Жертвенные дары Около 1422-1411 до нашей эры Стенная роспись Фивы. Гробница Мены. Египет
Гробница Менны, писца ведомства пашен фараона. Жертвенные дары. Около 1422-1411 до нашей эры. Стенная роспись Фивы. Гробница Мены.

За прошедший месяц я успела написать обо всех периодах развития натюрморта в рамках станковой живописи. Были кратко затронуты особенности каждой эпохи – Европы XVII-XIX веков, натюрморт импрессионистов, натюрморт в России, натюрморт современных авторов. Но картина в раме и четкая структура жанров существуют относительно недавно, если рассматривать историю культуры человечества с так называемых первобытных времен.
Если посмотреть на понятие натюрморта шире – не как на материальное воплощение картины в раме, а как на тему – изображение вещей, то можно найти много интересного.
Традиция изображения вещей существует в каждой эпохе, ведь вещи – постоянные спутники человека, они всегда окружали нас, являлись частью быта, частью религиозной или общественной жизни. Вещи или nature morte изображались во все времена, только по-разному.
Предлагаю сегодня вашему вниманию натюрморты Древнего Египта. Конечно, логичнее было бы начать с первобытных времен, но я пока не нашла достаточное количество иллюстраций и интересного материала, чтобы рассказать вам об этом. На одном из натюрмортов мы видим фигуры царицы и бога Гора, «чистого» натюрморта в Древнем Египте не существовало, поэтому пусть вас не смущает такой контекст.
Искусство в древнем Египте (с 3 тыс. до н.э.) выполняло не столько эстетическую функцию (как происходит в наши дни), оно было жизненно необходимо. Можно скаламбурить и сказать, что оно было и смертельно необходимо, для отправления религиозного культа, для росписи гробниц, для подготовки загробного мира умерших. Искусство предназначалось не для осмотра, а для того, чтобы создать мир бессмертия. И уже это заставляет нас относиться к египетским росписям иначе, нежели к картинам. В древних росписях нет «неумелого» рисования, нет эволюции «от простого к сложному», это другая система ценностей.
Основные особенности представленных сегодня натюрмортов: отсутствие соотносительности пропорций, изолирование каждого предмета в замкнутом пространстве и невнимание к дифференциации материи. Эти признаки появляются позже в той или иной степени в художественном методе живописи авангарда, что вполне логично, если говорить о развитии культурного процесса по спирали.
Изображенная жареная дичь на блюде, гроздь винограда и окорок существуют сами по себе, они объективны и не передают никаких материальных признаков объема, фактуры, тактильных ощущений. Вещи продолжают двигаться. Замечательно об этом писал Б.Р. Виппер: «Убитая утка развертывает свои крылья, как если бы она летела, отрезанная нога – окорок – все еще бежит, а гроздь винограда все еще свисает вниз, хотя она лишена ветки». Мне кажется, что все логично, если еще раз вспомнить функцию искусства – создать условия для загробной жизни. Погребальные дары приносились мертвым из мира живых, как части мозаики, из которых сложится райская жизнь на «том» свете. Рыба должна сохранять свои «плавательные» способности, так же как птица «летательные», а виноград «растительные». Сохранены и переданы функции, силуэт, цвет предметов – значит ими можно «пользоваться». Пространство, перспектива, световоздушная среда не имеют никакого значения, иллюзия не нужна. Главное – перечисление равно необходимых предметов. В этом смысле египтяне создали идеально объективный мир вещей.
Интересно получается: термин nature morte в египетском искусстве приобретает совершенно иную окраску – не мертвые вещи, а вещи для мертвых. Вот такой каламбур…

А еще у нас на блоге проходит конкурс!

Trompe l’oeil или иллюзия обманок

Корнелиус Гийсбрехтс, натюрморт, вторая половина XVII века
Корнелиус Гийсбрехтс, натюрморт, вторая половина XVII века

Корнелиус Гийсбрехтс, натюрморт с автопортретом, 1663 г.
Корнелиус Гийсбрехтс, натюрморт с автопортретом, 1663 г.

Самюэл ван Хогстратен. Дверца шкафа с туалетными принадлежностями 1655
Самюэл ван Хогстратен. Обманка, середина XVII века
Самюэл ван Хогстратен дверца шкафа с туалетными принадлежностями 1655
Самюэл ван Хогстратен дверца шкафа с туалетными принадлежностями, 1655 г.

Г. Коржев. Самовар в белом ящике. 1986
Г. Коржев. Самовар в белом ящике. 1986 г.

Н. Смирнов. Бабушкины романсы. 1982
Н. Смирнов. Бабушкины романсы. 1982 г.

Н. Смирнов. Памяти Александра Блока. 1978
Н. Смирнов. Памяти Александра Блока. 1978 г.

Художники разных эпох состязались с природой желая создать идеальную иллюзию реального мира. Есть легенда, что Зевксис, знаменитый греческий живописец из Гераклеи, как-то раз изобразил виноградные гроздья, к которым устремлялись голуби, чтобы клевать ягоды. Греки приводили этот пример как иллюстрацию триумфа искусства.
Не могу согласиться с бытующим мнением, что воссоздание фотографической точности реальности – смысл изобразительного искусства. Но проявление этого принципа в живописи мы можем наблюдать в разные времена. Например, вид натюрмортов«обманки». Особенно они были распространены в 1650-60-е года в работах «малых голландцев». Это могло быть рабочее место художника, доска с записками, письмами, набором канцелярским принадлежностей и всяких нужных мелочей, предметы охоты, туалетные принадлежности. В этих натюрмортах отражен абсолютно реальный предметный мир голландского бюргерства: вещи в своих подлинных размерах и объеме, различной фактуры и цвета. Мастерство художника настолько виртуозно, что нам так и хочется еще чуть-чуть отодвинуть шторку, ощутить плотность бумаги или натяжение тесьмы, взять записку, чтобы рассмотреть быстрый почерк и разобрать слова. Я бы сказала, что это «обманки» для рук, символ осязания. Кстати, это уникальное и неповторимое явление голландской живописи – вещественный мир воспевается и делается главным героем.
Не знаю, можно ли назвать «обманкой» натюрморты современных художников. Конечно, по композиции очень похоже – стена, стол, шторка, старые вещи. Такая же реалистичность в исполнении. Но здесь важны не вещи, а образы. Образ Блока, образ далекого XIX века, ушедшего в прошлое со своими романсами, балами, фотографиями. Здесь представлен не подлинный уголок среднего горожанина, а театр вещей-символов, мечта, греза.
А если задуматься, что реальнее – материальный мир предметов или воспоминание? Вопрос философский…