Джузеппе Арчимбольдо в Риме

Сегодня хочу рассказать о мастере позднего Ренессанса Джузеппе Арчимбольдо (1526/27, Милан — 1593, Милан), прославившегося своими удивительными натюрмортно-портреными образами, и о выставке его картин, которая состоялась в ноябре 2017 года в палаццо Барберини в Риме, и где мне посчастливилось побывать.

Выставка была сделана идеально! Выше всяких похвал и в адрес концепции, и оформления, и по собранному контексту. Не припомню уже все подробности, но совершенно точно был отдельный рассказ о предшественниках, о витражном творчестве мастера, о портретах, о рисунках, и конечно, о самых прославленных его работах-циклах. 

О предшественниках
Например, работа Мартино Пьяцца (Martino Piazza) — итальянского художника, работавшего в городе Лоди, в Ломбардии, в начале XVI века. По тонкому профилю Мадонны видно влияние Леонардо да Винчи

О витражах
 Эскизы витражей, рассказывающие историю св. Екатерины Александрийской, гербов, витражей — вот дебютные работы Арчимбольдо, прикладного значения, но оценённые весьма высоко:

«Это художник редкого таланта, также весьма сведущий в других дисциплинах; доказав свои достоинства художника и экстравагантного живописца не только на родине, но и за границей, он снискал наивысшие похвалы, и слава о нём дошла до Германского императорского двора» — так писал в 1562 году о художнике его друг Паоло Мориджа. 

Знаменитые картины
В 1562 году Арчимбольдо был приглашён к императорскому двору в Прагу. Он работал при таких монархах, как Фердинанд I, Максимилиан II и Рудольф II (отличавшийся своим безумным нравом и странным эстетическим вкусом). И, меж тем, живопись Арчимбольдо была невероятно популярна при всех этих германских правителях. Художник был обласкан вниманием, деньгами, дружбой и обожанием. Ему удалось найти именно тот самый тон, композицию, оригинальность, юмор, доселе неизведанное сочетание жанров живописи, — что пришлось по вкусу очень взыскательным ценителям прекрасного. Кроме того, он служил императорам и как архитектор, и как инженер, и как театральный художник, организующий придворные праздники. 

Что можно сказать об этих химерах, гибридах и аллегориях при знакомстве с подлинными картинами? Что это прекрасная живопись, от которой невозможно оторвать глаз. Эти небольшие работы из серии «Времена года» и «Элементы» потрясают своей аккуратностью и одновременно виртуозностью техники, которую невозможно не оценить, даже если сами образы воспринимаются в вашей системе эстетического, как безобразные. 

«Точно так же, как, добавляя к белому цвету чёрный, чтобы изобразить повышение тона, он умел пользоваться желтым и другими цветами, используя белый для самых низких, доступных человеческому голосу но, зелёный и синий — для средних по высоте, а самые яркие цвета и тёмно-коричневый — для самых высоких: это было возможно благодаря тому, что один цвет буквально поглощался другим и следовал за ним подобно тени. За белым следовал жёлтый, за жёлтым — зелёный, за зелёным — синий,за синим — фиолетовый — ярко-красный; так же как тенор следует за басом, альт следует за тенором, сопрано следует за альтом» — рассказывает Грегорио Команини о живописно методе Арчимбольдо, основанном на пифагорийском представлении о сопоставлении тонов и полутонов. 

Портреты
«А умел ли Арчимбольдо рисовать не фруктово-рыбных, а нормальных людей?» — можно спросить, пресытившись экзотикой. Посмотрите на эти нежнейшие девичьи образы императорских наследниц и придворных девиц — прекрасные портреты!

Научный контекст
Интерес Арчимбольдо к изучению природы и естественно-научный контекст также отражён на выставке отдельной экспозицией. 

Леонарт Фукс — немецкий учёный, ботаник, создавший в 1542 году знаменитый ботанический трактат, где описание растений и их классификация стали образцовыми для ботанической науки. Пьетро Маттиоли — итальянский ботаник и врач, который в 1544 году опубликовал критический анализ трактата знаменитого античного ученого Диоскорида. Наконец, Альдрованди — итальянский ботаник и зоолог, собравший множество изображений растений и животных. но, как видно, на разворотах «Ornithologiae» встречаются и фантастические птицы, и легенды о поведении, в частности, пеликана, который будто бы кормит своих птенцов собственной плотью.

Последователи
А выставка Арчимбольдо тем временем подходит к концу. Хочу показать еще парочку антропоморфных пейзажей художников-последователей. При расфокусировке внимания зрителя эти ландшафты превращаются в лица людей. В общем-то, наверное, не случайно, интерес к наследию Джузеппе Арчимбольдо  восстановили художники сюрреалисты, считая его чуть ли не своим предтечей. 

  • ______________________________________________________________________
  • Кригерскорте В. Джузеппе Арчимбольдо. пер. Фолманис А.Г. Taschen — Арт-родник, 2002 
  • фото  — Николая Кулакова 

Опасные сравнения. Размышления после посещения выставки

Основная концепция выставки «Имперские столицы«, открывшейся 5 октября 2018 года в Государственном Эрмитаже, строится на сопоставлении картин, объединённых в пары, где одна — из коллекции Эрмитажа, а другая — из Художественно-исторического музея Вены.
В прекрасном Двенадцатиколонном зале собрано 14 пар полотен, созданных от Альтдорфера до Пуссена. Каждая пара подобрана по единству сюжета или авторства. Возможно, мой взгляд покажется кому-то спорным, но для меня в искусстве остаются важными такие ценности: красота, уместность, гармония (почти в музыкальном смысле) и эмоция. 
Не знаю, как так получилось, но даже для неискушенного зрителя сопоставления, представленные на выставке, очевидны в пользу коллекции Эрмитажа. За некоторыми исключениями. Пожалуй, даже за одним исключением — это пара картин Яна Стена, где венский экземпляр интереснее. Ян Стен — художник, создающий повествовательные полотна, со множеством деталей, так что «музыку живописи» у него услышать сложновато. А вот критерии
движения, за/при/влекательности, кульминации, хитрых риторических ходов — именно в его картинах и работают. Ну и кроме прочего, эрмитажная работа поменьше и потемнее.

Сравнивать две картины учат искусствоведов еще на втором курсе ВУЗа. Не по критерию какая лучше и нравится именно вам, но применительно к рассуждениям об объективном сходстве и различии выразительных средств живописи: композиции и колорита, учат объективному восприятию. Но тут есть тонкость, которую начинаешь замечать позже. При прочих равных (сюжет, уровень мастерства, риторика времени) зритель всегда тянется не к тому, что передает повествовательность, революционный манифест или интеллектуальный символ, зритель идёт на эмоцию. И потому сравнение живописного рассказа и эмоционально динамичной картины всегда будет в пользу второго.

Так, сравнивая две соседствующие работы Пуссена (не могу найти венскую), понимаешь, почему наша, эрмитажная картина — шедевр живописи. Композиция, вызывающая в памяти сцены Ветхого завета, «Илиады», и античных мозаик, кроме опор на классику, потрясающе работает сама по себе и создает вот то самое по-вагнеровски эпическое настроение битвы, то есть дарует эмоцию.

Самое неудачное сопоставление, на мой взгляд, — это два портрета Франса Халса. Похожи? Да!! Но один настолько более плоский и бледный, что можно предположить, что незакончен. И да, Халс имел право писать чуть лучше, или чуть хуже, его в этом никто не обвинит, но проблема тут именно в неудачном соседстве, в каком-то формальном выборе экспонирования. 

Пейзажи Гейнсборо и Хаккерта мне показались очень удачными в своем ансамбле. Они не спорят друг с другом, а дают те самые горизонты или грани восприятия: для «романтиков» и для «классиков». 
Несмотря на критику, выставку призываю посетить, скорее всего, вы найдете там там какие-то свои живописные ансамбли, которые вас вдохновят! 

Нотр-Дам


Читает О. Кулакова, музыкальное сопровождение Jordi Savall / Metamorphoses Fidei, 2006
Где римский судия судил чужой народ, 
Стоит базилика,- и, радостный и первый,
Как некогда Адам, распластывая нервы,
Играет мышцами крестовый легкий свод.

Но выдает себя снаружи тайный план:
Здесь позаботилась подпружных арок сила, 
Чтоб масса грузная стены не сокрушила, 
И свода дерзкого бездействует таран. 

Стихийный лабиринт, непостижимый лес, 
Души готической рассудочная пропасть, 
Египетская мощь и христианства робость, 
С тростинкой рядом - дуб, и всюду царь - отвес. 

Но чем внимательней, твердыня Notre Dame, 
Я изучал твои чудовищные ребра, 
Тем чаще думал я: из тяжести недоброй 
И я когда-нибудь прекрасное создам.

О. Мандельштам
Реймсский собор

Реймсский собор

Читает О. Кулакова, музыкальное сопровождение Jordi Savall / Metamorphoses Fidei, 2006 
[РЕЙМС – ЛАОН]

Я видел озеро, стоявшее отвесно.
С разрезанною розой в колесе
Играли рыбы, дом построив пресный.
Лиса и лев боролись в челноке.

Глазели внутрь трех лающих порталов
Недуги – недруги других невскрытых дуг.
Фиалковый пролет газель перебежала,
И башнями скала вздохнула вдруг.

И, влагой напоен, восстал песчаник честный,
И средь ремесленного города-сверчка
Мальчишка-океан встает из речки пресной
И чашками воды швыряет в облака.

О. Мандельштам, 4 марта 1937

Текст лекции, прочитанной М.Л. Гаспаровым в московской школе № 57. В основе лекции – статья «Две готики и два Египта в поэзии О.Мандельштама. Анализ и интерпретация». http://rus.1september.ru/article.php?ID=200204301

Нотр-Дам

Мои новые статьи в журнале «Юный художник»

Многие читатели знают, что уже много лет я сотрудничаю с журналом «Юный художника» и пишу статьи на разные искусствоведческие темы для юношества. Хотя и взрослым там есть, что почитать. Я всегда нахожу интересные публикации коллег. Итак, за последнее время вышли вот такие статьи: 

ЮХ№8, 2017, ИЗ ИСТОРИИ МИРОВОГО ИСКУССТВА
О. Кулакова
XVII век вдохновляется античностью
«На рубеже XVI-XVII вв. коллекции античных предметов искусства часто входили в состав уважаемых музейных собраний. Далекая античность продолжала вдохновлять эстетику периода Возрождения не только в Италии, но также в Германии и Нидерландах. Часто античность воспринималась через культуру итальянского Ренессанса, но кроме этого были и прямые заимствования античных влияний в художественных и научных кругах Германии и Нидерландов XVII века. На примере частных музеев и кунсткамер можно выделить несколько способов восприятия античного наследия: собственно материальные ценности (вазы, бюсты, геммы и пр.); античная мифология и эстетика, воплотившиеся в живописи и скульптуре; античная философия, оказавшая значительное влияние на мировоззрение Ренессансной и более поздней культуры«.

ЮХ №9, 2017 ВЕЛИКИЕ ГОРОДА МИРА
О. Кулакова
Сказки Стамбула
«Стамбул – сказочный город, и это не преувеличение, не общие слова, не привычные призывы туристических мест! Наслоение трех великих эпох и культур: греческий Византий, римский Константинополь, турецкий Стамбул – все это до сих пор витает в воздухе и послойно отражено в многочисленных археологических раскопах на земле. «Спятивший светофор, все три цвета которого загораются одновременно» — так говорил Иосиф Бродский о Стамбуле , и это очень точно отражает структуру этого города в целом. Современный Стамбул – город особенный. По моим наблюдениям, принятие этого города происходит на уровне эмоций: либо этот город нравится, либо нет. Третьего не дано«.

ЮХ №10, 2017 БИБЛЕЙСКИЕ СЮЖЕТЫ 
О. Кулакова 
Адам и Ева
«Ветхозаветные темы в живописи были всегда интересны и значимы, так же как и сакральная история жизни Христа. Каждое поколение живописцев находит вдохновение и особый смысл, обращаясь к этим сюжетам дохристианской истории, такой загадочной, фантастической и глубинно мудрой. Как изменялись традиции изображения прародителей Адама и Евы, какие трактовки приобретал сюжет, как формировался образно-символический строй? Рассмотрим эту тему на некоторых примерах европейской станковой живописи – с XIV по XVII век, от феодального средневековья до становления нового капиталистического общества, которое внесло серьезные коррективы в восприятии религии, изобразительного образа и функции живописи. Период с XIV — XVII век – с одной стороны однородный, с другой стороны, представляет череду интереснейших открытий и трансформаций восприятия действительности; при сохранении религиозного мышления происходит и зарождение нового, опытно-научного познания мира».

http://юный-художник.рф 

Сайт журнала «Юный художник»