Натюрморт от северных мастеров и лорда Гордона Байрона. Неприятного аппетита!

Без сомненья,
Любой из нас бывает удручен,
Когда в желудке чувствует стесненье,
Пожалуй, это самый худший час
Из всех, какими сутки мучат нас!
Вольтер не соглашается со мною:
Он заявляет, что его Кандид,
Покушав, примиряется с судьбою
И на людей по-новому глядит.
Но кто не пьян и не рожден свиньею —
Того пищеваренье тяготит,
В том крови учащенное биенье
Рождает боль, тревогу и сомненья.


Лорд Гордон Байрон в своей поэме «Дон Жуан» (1818-1823), размышляя о процессе принятия пищи, выходит на совершенно неожиданные выводы: человеческая плоть, насыщаясь, спасает себя, но одновременно, ускоряет жизнь, метаболизм, а значит приближает смерть.

Он заявляет, что его Кандид,
Покушав, примиряется с судьбою
И на людей по-новому глядит.
Но кто не пьян и не рожден свиньею —
Того пищеваренье тяготит,
В том крови учащенное биенье
Рождает боль, тревогу и сомненья.

В этом смысле, антитезой может служить образ постящегося аскета, смиряющего своё тело и побеждающего бренность бытия. 
Нидерландские художники XVI века Питер Артсен (Pieter Aertsen, 1508-1575) и его племянник Иоахим Бейкелар (Joachim Beuckelaer, 1530 — 1573/74) предвосхищают и живописно обобщают тему еды, опасности, страданий и в конечном итоге — смерти. Свои кухонные натюрморты и натуралистические подробности сцен в мясных лавках они рифмуют не только со стихией земли, но и с евангельскими событиями, одновременно происходящими в этой же композиции. В картине XVI века разветвляется жанровая и тематическая дифференциация голландских натюрмортов века грядущего, пророча приятные домашние «Завтраки«, трофейные натюрморты с битой дичью, философские «Vanitas» или уж совсем экзотические-анатомические. Ну, а пока живописная мысль выражается сложным синтаксисом многоплановости и глубины.

«Поедание, пожирание в церковной традиции осмысляется как зловещий символ распад, нравственной погибели. Сами адские муки в позднесредневековой литературе и соответствующей иконографии — с натуралистическими сценами вываривания грешников в котле, мясницким разделыванием их на части, поджариванием на вертеле, — обретают в XIV — XV веках отчетливо кулинарный характер (знаменательно, что именно поварам и содержателям постоялых дворов и харчевен поручалось постановка адских сцен в мистериях, при подготовке которых каждая из городских гильдий имела свою специализацию)».

(Соколов М.Н.)


И правильно сказал Филиппов сын,

Великий Александр, что акт питанья,
Над коим человек не господин,
В нас укрепляет смертности сознанье.
Духовностью гордиться нет причин,
Когда рождают радость и страданье
Какой — то суп, говядины кусок —
Желудочный в конечном счёте сок!

«Дон Жуан», пер. Т. Гнедич, песнь V

P.S. Если учесть, где и в каких условиях Татьяна Гнедич переводила «Дона Жуана», то обозначенная мысль о еде, страданиях, жизни и смерти обретает дополнительное измерение, созданное историческими монстрами XX века…

  • _______________________________________________________________
  • Соколов М.Н. Бытовые образы в западноевропейской живописи XV-XVII веков. М.: 1994, с. 142-143 

Рассказ о натюрмортах: прямая трансляция из залов Государственного Эрмитажа

Интереснейший эксперимент получился! О голландских натюрмортах рассказывают сразу два специалиста: искусствовед и ботаник. 

Жан-Этьен Лиотар. Чайный натюрморт

Швейцарский художник Жан-Этьен Лиотар (Jean-Etienne Liotard, 1702-1789) создал этот натюрморт где-то в 1780-х годах. Простая композиция запечатлела беспорядок, оставленный после чаепития. Упавшие чашки, ложки, недоеденные ломтики хлеба — создают движение и интересные ракурсы там, где казалось бы, сервировка  этикет не позволяют фантазии художника разгуляться. 

Жан-Этьен  Лиотар был мастером техники пастели, в которой он создал ряд выразительнейших портретов и жанровых сцен. Но этот чайный натюрморт написан в технике масляной живописи, хотя и с сохранением особо шарма, нежности, легкой дымки гармоничного колорита, присущего пастели. Одновременно с поэзией колорита Лиотар создаёт фотографически-точные, узнаваемые, выверенные образы реального и очень красивого мира. К концу своей жизни Лиотар изложил свои творческие правила в трактате «О принципах и правилах живописи» (1781), которые исповедовал в своей живописи: он говорил, что живопись — есть зеркало природы, и считал себя художником правды. 

Лиотар много путешествовал, жил на Мальте, посещал Хиос, Сиракузы, Парос, несколько лет жил в Турции. Восточную моду (шинуазери, туркьери, мавританские мотивы), получившую в Европы XVIII века столь широкое распространение, художник воспринял непосредственно в путешествиях, через знакомство с культурой разных стран и городов. Лиотар не получил признание во французском салоне, несмотря на свою широкую популярность. Может быть, потому что был слишком эксцентричным в своей внешности и в поведении: носил турецкую одежду и длинную бороду. Но художник был радушно принят в английском профессиональном обществе и при дворе.

А вот работы английских коллег Лиотара, которые также обращались к теме чаепития. Чай в Англии полюбили и употребляли, несмотря на высокое цены и налоги на этот экзотический продукт. Фарфоровые наборы для чая аристократические семьи предпочитали Мейсенского (немецкого) или Севрского (французского) производства. Чайники первой половины XVII века чаще были серебряными с деревянной ручкой, позже их заменили привычные ныне — фарфоровые. Сами чашки напоминали скорее пиалы, без ручек и довольно широкой формы.
Если обратиться к оформлению чайного набора в натюрморте Лиотара, то видно, насколько прочно вошло в обиход увлечение азиатскими сюжетами и орнаментами. Впрочем, тут можно предположить ещё одну причину обращения художника к изображению столь изящной и подробной сцены китайской жизни на фарфоровых предметах. Дело в том, что в конце своего творческого и жизненного пути, в 1780-х годах Лиотар экспериментировал с живописью по стеклу и фарфору. Так что очень может быть, что автором этих изящных росписей был и сам художник.

P.S. О шоколаде и пастельных натюрмортах Лиотара обещаю написать немного позже! 
____________________________________________________________________________

  • Кудрикова С.Ф. Художники западной Европы. Библиографический словарь. Франция XV — XVIII веков. СПб., 2010 
  • Coutts Howard. The Art of Ceramics: European Ceramic Design 1500-1830, Yale University Press, 2001 

Ботаническая иллюстрация немецко-голландского ареала XVI — начала XVII века

В зарождении ботанической иллюстрации большую роль сыграли первые печатные ботанические трактаты, для иллюстрирования которых использовалась гравюра по дереву. Но все-таки только более позднее изобретение гравирования по металлу позволило сделать результаты этого ремесла сопоставимыми по своим эстетическим характеристикам с произведениями искусства.

Изменения, произошедшие в методах естественнонаучных дисциплин, отразились и в эстетических образах. Именно в это время художники, наряду с ботаниками, энтомологами и зоологами, изучают природный мир. В начале XVII века разделение между ученым и художником еще только начиналось, примеры, когда художник помогал картографу или ботанику и сам живо интересовался предметом изображения – были повсеместно распространены.

В «ботаническом» направлении наиболее активно работали немецкие ученые, например, Отто Брунфельс (Otto Brunfels (Brunsfels, Braunfels) , 1488 (?) — 1534) и Леонарт Фукс (Leonhart Fuchs 1501 — 1566) . Ботанические атласы, созданные этими учеными, не только исправляют ошибки древних трактатов (например, знаменитого Диоскорида), но и дополняют сведения о флоре Германии того времени.

К XVII веку ботанические иллюстрации начали приобретать черты научного знания. Появляются изображения растений в разных ракурсах, в разрезах, изображение семян, спор, корней, плодов, разных стадий цветения и т.д. Меняется принцип формирования списка растений: не по символам, целебности, или употреблению в пищу, а, например, по внешним признакам (цветущие и нецветущие) или по сезону их активности. Растение приобрело статус «подлежащего» в формирующемся сюжетном «синтаксисе», именно к началу XVII века ученый начинает смотреть не на отражение растения в мифологии, истории, жизни человека, а наблюдать его истинную, естественную жизнь.

Моя лекция, посвящённая этому вопросу, опубликована здесь. Приятного просмотра!

Намечается интересная лекция!

В рамках Биеннале книжной графики «Книга как искусство» пройдёт лекция «Ботаническая иллюстрация немецко-голландского ареала во второй половине XVI – начале XVII в.: особенности композиции, техники создания и использования. Взаимовлияние с живописью»
📍 17 ноября 2018 года в 16-00

Алида Уитхоос. Тюльпаны

В рамках лекции слушатели узнают о становлении ботанической иллюстрации — жанра, находящегося на стыке искусства и науки. Искусствовед, критик и педагог Ольга Кулакова расскажет о происхождении научных иллюстраций, о классических композиционных приемах, техниках и областях применения.

Мероприятие проходит на площадке Пискаревского библиотечно-культурного центра (СПб).

Вход свободный. 12+

Адрес: Маршала, Тухачевского, 31.