Без рубрики

Category Archive Без рубрики

Густав Курбе. Автопортрет.

Гюстав Курбе. Автопортрет.

Гюстав Курбе. Автопортрет.

Этот натюрморт Курбе сложно найти в хорошем воспроизведении, но не рассказать о нем на страницах нашего блога было не правильно. Лаконичный still life, выполненный мастерски по цвету, с композиционной цитатой, отсылающей нас к trompe l’?il, с юмором, отраженном в названии.

Курбе часто изображал себя на автопортретах с трубкой, что для иконографии того времени (середины XIX века) было признаком фривольного поведения, простительного разве что богемной среде художников. В этом автопортрете Курбе обошелся без человеческих черт, сосредоточив внимание зрителей на своей скромной спутнице — трубке. Не правда ли, в этом есть предчувствие Магритта с его «ce n’est pas une pomme»?

Это не натюрморт с трубкой. Это автопортрет художника.

Скульптурный натюрморт Фернандо Ботеро.

Фернандо Ботеро. Натюрморт с арбузом. 1976-1977 г. Государственный Эрмитаж.

Фернандо Ботеро. Натюрморт с арбузом. 1976-1977 Государственный Эрмитаж.

О творчестве Фернандо Ботеро мы уже однажды говорили, только рассматривая его живописные работы. На днях гуляя по Эрмитажу, я нашла скульптурный натюрморт. Приглядевшись внимательнее к его пластике, я пришла в восторг от идеальных, обтекаемых и удивительно гармоничных форм, созданных художником. Ощущение текучего металла и в то же время передача фактуры реальных предметов — скатерти, кувшинов, фруктов. Общее впечатление от этой скульптуры у меня совершенно иное нежели от его «толсто-формых» персонажей живописи. Подобный художественный язык в объеме — на мой взгляд, адекватнее и интереснее, чем на плоcкости. Эта скульптура круглая, подразумевается ее восприятие в процессе обхода. Ее композиция безупречна со всех ракурсов. При пузатых, статичных формах предметов интересна медленная текучесть скатерть, разбивающая линию стола, динамичную линию также образуют силуэты предметов. Четыре ножки стола — симметричная опора, напоминающая пластику слона. Этот Стол-Слон вполне реальных, подходящих для человека размеров, но тем ярче ощущается контраст с нереально огромными предметами, расположенными на нем. Натюрморт Ботеро — это разбухание, изобилие и гипертрофия, но весь образ получился добрый и даже юмористический.

Изобилие даров природы или продуктов для еды.

Недавно посмотрела фильм «Корпорация «Еда», который можно без труда найти на youtube.com или вконтакте. Этот фильм рассказывает об истинном содержании и производстве продуктов, представленных в изобилии в супермаркете.

И я подумала, что такое явление как симулякр активно внедрилось в сферу «еды» для американца, и набирает обороты в нашей стране. О симулякре в сфере вещей уже многое говорил Бодрийяр. Вещь делает вид, что она есть. Стиральный порошок делает вид, что он хорошо стирает, пылесос — что он идеально (согласно рекламе и  инструкции) собирает пыль, одеяло — что оно греет, а туфли — что их можно носить (не сбив ноги в кровь или не разорвав при первом же использовании вне дома). Часто вещи плохо или частично функционируют, мы это знаем и покупаем новые, пребывая в вечном поиске, и одновременно наслаждаясь мнимым обновлением. И в принципе, если не задумываться о проблеме утилизации мусора, это не плохо, не хорошо, это наша реальность.

Но когда мы затрагиваем тему еды, то тут проблема качества и последствий более очевидная. Я уже не говорю о том, с каким настроением, каким человеком выращено то, что мы покупаем в магазинах… Эта тема актуальна только для дачников и они-то совершенно точно отличат свое от покупного, хоть и более красивого, сладкого или сочного. Мы верим мифам, что молоко от деревенской бабушки, а тефаль думает о нас. «Приятно» — это иллюзорная эмоция бегства от осознания того, что продукты, которые мы покупаем мертвы, ни один йогурт не сможет вылечить наш дисбактериоз.

Проблема питания и продуктового изобилия приобретает особый ракурс еще и в контексте изобилия, который мы видим на старинных картинах. Там темы даров природы, облагороженных трудом человека, смотрятся и воспринимаются как воплощение рая, потому что они истинны, посмотрите, хотя бы на натюрморты фламандца XVII века Франса Снейдерса, о которых я писала раньше. Изобилие фруктов, овощей, даров моря и леса — это символ природы, как материальный, так и метафизический. В наше время человек стремится создать свой собственный мир изобилия предметов и продуктов, придумывая то, что изначально было придумано за нас и для нас.

Надо почаще ходить в Государственный Эрмитаж в залы старинной живописи. Картины прошлого на самом деле остаются актуальными и, возможно, гораздо более понятными благодаря своему реалистическом языку, чем то же современное искусство. Там все просто. Надо посмотреть и увидеть.

Книга Веры Чайковской «Три века русского искусства».


Эта книга не является новинкой, и она не совсем о натюрморте. Но она настолько интересно написана, что я не могу ее не рекомендовать вам! В творчестве Фалька и Петрова-Водкина часто встречаются натюрморты и интерьеры, так что из контекста нашей темы эта книга не выбивается.

Редко встретишь такое захватывающее повествование, оригинальное и убедительное. Традиционно, излагая историю живописи XX века, критики приводят в пример художников, чье творчество было средоточием славы советской империи. Нельзя отрицать значимость этой темы, но о существовании поисков новой системы художественной выразительности пишут обычно как-то отдельно или в противопоставлении. В таком лаконичном рассказе о трех ярких и совершенно разных живописцев очевидны грани сложной эпохи первой половины XX века. В предисловии автор так обосновывает свой выбор: » Три избранных мною художника представляют, на мой взгляд, три разных типа национального сознания, восходящих к древнейшим архетипическим представлениям о человеческой личности». Пророк, юродивый и варвар — кто есть кто?» Ответ найдете в книге.

P.S. В последнем выпуске журнала «Русское искусство» (2/2010) вышла статья Веры Чайковской об А.Г. Тышлере.

И снова вместе!

Дорогие читатели! Наш блог о натюрморте вновь начинает обновляться. Причина столь долгого, почти полугодичного забвения в том, что я писала дипломную работу к окончанию факультета теории и истории искусств института им. Репина в Санкт-Петербурге. Трудная и казалось бы невыполнимая работа (так кажется всегда в начале пути) завершена, на моем столе красуется красный диплом — признаться, очень приятный натюрморт!

Думаю, что для вас будет интересным и полезным посетить обновленный список литературы, потому что грамотную библиографию собирать всегда сложно — теперь я это знаю по своему опыту. Книги, на которые я ссылаюсь, касаются не только натюрмортной живописи, но и изображения интерьеров, жанровых картин,  а так же проблемы взаимоотношения вещи и человека в культурном аспекте в целом.

Спасибо всем, кто оставался с нами все это время! В моих ближайших планах — написать ряд статей о русском натюрморте рубежа XIX-XX веков,  рассказать о книжных новинках, о натюрмортах Пикассо, представленных на выставке в Государственном Эрмитаже, а также продолжать свою любимую тему — still life в старинной живописи. Надеюcь, вам будет интересно, ведь натюрморт — это прекрасно!

Ян Давидс де Хем. Натюрморт с книгами. 1628, дерево, масло, 36х46 см. Гаага, Морицхейс

Ян Давидс де Хем. Натюрморт с книгами. 1628, дерево, масло, 36х46 см. Гаага, Морицхейс

P.S. Вот такой натюрморт был на моем столе в течение последних шести месяцев. Рабочий беспорядок — он и в XVII веке рабочий беспорядок.